Butugychag, Stalin Death Valley. Magadan Oblast, Russia.
This is the 2nd part of Alexander Perelygin’s trekking story about Butugychag Gulag Camp in Magadan Oblast, Russia.
The first one was Butugychag, Gulag’s most preserved labour camp in Kolyma. Part 1.
From the interview with H. Niyazov:
- I was not in Butugychag, God saved me. We considered them as a penal camp.
- How were convicts buried?
- They did nothing special. Just bestrewed deads with corpses with sand or snow, if they died in winter, and that’s it.
- Any coffins used?
- Never. No one thought about coffins.
- Why were dead convicts buried in coffins in on one of three Butugychag cemeteries and why were corpses’ heads cut off?
- That’s because doctors cut them…
- What for?
- Among prisoners, there were some rumours about experiments as a part of training.
- Was it done at Butugychag’s or somewhere else?
- In the Butugyachag camp only.
- When did you learn about experiments?
- Approximately in 1948-1949, just in the form of small talks to scare us…
- Maybe, when they cut off heads, convicts were alive?
- Who knows… There was a big medical camp. There were even professors among workers…
..Friday, local mass media reported that the Tenkinsky highway was washed out again and the Russian Emergency Ministry didn’t recommend any driving on the road. But I was already determined and there were no wish to step back…
I departed in the early morning around 6 am… That time I decided to go alone, as it would give me more speed up.
My worries were in vain. The road was plain, without bags, pot-holes and other unpleasant obstacles. I was driving fast with some drifts on turns. I even thought that my car felt much better on such a road surface than on Magadan city’s asphalt. Certainly, my vehicle was not Impreza, nevertheless it was good.
Approaching to Ust Omchug, I noticed snow. I didn’t worry much about getting wet, as I had new Gravel outfits.
40 km were left till Ust Omchug and I saw the first car that happened to belong to the Russian Emergency Ministry. Suppose the unit just checked the situation around. After them I saw many other vehicles, which drivers stopped me and asked whether the road to Magadan was okey. So I realized that the rest of the road was in good condition.
Soon I made it to the well-known turn at 222 km, drove down, stopped and started to fill my backpack. Chocolate, 2 liters of water, binoculars, a dosimeter, a knife and, just in case, weatherproof clothing. Started my walk cheerfully enough to make it to the plant just for less than one hour.
Gravel boots were great. I walked on puddles and was dry and felt comfort.
As I didn’t know the camp’s exact location coordinates, I decided to go up the river. In one km there were some building remains appearing on the way. On the slope of one hill I saw the railroad, I mean, the remained sleepers. But they were enough to give me a clue of my right direction. At the bottom of that slope I saw barracks of medium security. I recognized them from the pictures I saw in a regional museum.
The way to the mine starts right after these buildings. The river turns into a small brook. Its source is located at the wanted place. Passed a few kilometers, overcame a steep slope and found myself in front of the dozen of stone barracks. The mound peak was in fog, visibility was no more than 100 m, a GPS navigator showed me at a height of 1300 m. At that moment, I realized what was the difference between Russia-made and foreign boots. My legs started freezing.
Strange though it may seem the dosimeter kept silence. Just being close by a mine and some buildings the background radiation was around 40 microentgen per hour.
Here barracks looked different from those ones in the valley. No iron doors, locks, though all windows were in bars.
In the south part, there were two-storeyed buildings in good condition, but full of construction wastes.
Some mines remained vaults, but without support I didn’t dare to descend inside. Passed them by in search of the high hill.
Some entrances were blocked with huge stones, some small ones were open, but radiation was over 50-60.
If to believe some information dug on the Internet, there should be well saved guard house on the top of highest hill. It was as said.
The atmosphere was dreadful. Silence. Sounds of rarely fallen drops. Crisp snow under feet. Terrifying thoughts about bloody history of the place, awful legends, quantity of people killed and died. All that happened here… on the very spot where I was standing. Oppressive thoughts. Impossible to stay indifferent to what happened around.
My way back went along what was called as the railway line. I had a feeling that the railway was disassembled and moved to other place for further use. Bent rails were left only.
When you see such surrounding landscape, you understand, There were no ways to run!
When felt the power of the place, I went back to my vehicle.
Butugychag Location:
Article in Russian at http://www.avp-life.com/
Русская версия
Бутугычаг(Долина смерти) – Урановые копи Колымы (Часть 2 – Рудники)
Из записи интервью Х. Ниязовой:
Х.Н. – В «Бутугычаге» я не была, Бог миловал. Он у нас считался штрафным лагерем.
- Как хоронили зеков?
Х.Н. – Да никак. Присыпали землей или снегом, если зимой умер, и все.
- Гробы были?
Х.Н. – Никогда. Какие там гробы!
- Почему на одном из трех кладбищ «Бутугычага» все зеки похоронены в гробах и у всех распилены черепа?
Х.Н. – Это вскрывали врачи…
- С какой целью?
Х.Н. – У нас, среди заключенных, разговор шел: делали опыты. Учились чему-то.
- Это делалось только в «Бутугычаге», или еще где-нибудь?
Х.Н. – Нет. Только в «Бутугычаге».
- Когда вы узнали об опытах в «Бутугычаге»?
Х.Н. – Это было примерно в 1948-49 годах, разговоры шли мельком, но нас всех стращали этим…
- Может быть, это живым распиливали?
Х.Н. – А кто его знает… Там была очень большая медицинская часть. Были даже профессора…»
В пятницу по СМИ прошло сообщение, что Тенкинская трасса опять размыта и МЧС мягко сказать – не рекомендует движение по ней. Но я уже был настроен и отступать не хотел…
Выехал рано утром, примерно в шесть… В этот раз решил идти один, так как это увеличило бы среднюю скорость движения.
Мои опасения были напрасны. Дорога была ровная, без размывов, кочек и прочих неприятностей. Ехал быстро, иногда с заносами входя в повороты. Мне даже показалось, что машина себя чувствует на таком покрытии гораздо лучше, чем на городском асфальте. Конечно это не гоночная Impreza, но все же
Ближе к Усть-Омчугу на сопках начал появляться снег. но это не внушала опасений – в эту поездку я взял только что купленные берцы фирмы Gravel, по этому я не боялся промокнуть и замерзнуть из-за мокрого снега.
Оставалось примерно 40 километров до Усть-Омчуга, когда появилась первая встречная машина – это были сотрудники МЧС, скорее всего совершавшие объезд вверенного им участка. Потом еще одна машина, и еще… Практически все, просили остановится и спрашивали есть ли дорога до Магадана. Тогда и стало ясно, что дорога в порядке.
Вскоре, я добрался до уже знакомого поворота на 222 километре, съехал с дороги и начал собирать рюкзак. Шоколад, два литра воды, бинокль, дозиметр, нож и захватил с собой, на всякий случай, штормовой костюм. Выдвинулся я бодро, практически налегке и путь до фабрики, преодолел меньше чем за час.
Не упустил возможности опробовать новую обувь – она показала себя отлично: большую часть пути шел по воде, не более 15 сантиметров, но это позволило заметно ускориться. Дошел в сухости и комфорте.
Не зная точного расположения лагеря, решил идти вверх по течению реки. Менее через километр начали появляться различные постройки. На склоне одной из сопок, разглядел железную дорогу, вернее все что от нее осталось, но этого было достаточно, что бы понять, что я на правильном пути. У самого подножья этой сопки располагаются бараки усиленного режима. Я узнал их по фотографиям из краеведческого музея.
Cразу за этими постройками начинается путь к самому руднику. Река мельчает и превращается в небольшой ручей, берущий свое начало как раз у заветной цели. Пройдя несколько километров и осилив крутой подъем, я оказался перед несколькими десятками каменных бараков. Вершина сопки была в тумане, видимость не более сотни метров, GPS показал высоту 1300 метров. Тут то я и понял разницу между импортными и родными берцами: ноги начали мерзнуть… В наших «офицерских» я проходил в городе две зимы, хотя они тоже были летние. Но все это мелочи – пару часов можно было и потерпеть.
Как ни странно, дозиметр практически все время молчал. Только вблизи шахт и некоторых построек фон превышал 40 мкр/час.
Здесь бараки другого типа, нежели в долине. Нет железных дверей, замков, хотя на всех окнах стоят решетки.
В южной части расположены двух-этажные строения. Для своего возраста, они неплохо сохранились, но внутри завалены строительным мусором.
До сих пор есть шахты, с не обвалившимися сводами, но без страховки и в одиночку, я решил туда не спускаться. прошел мимо в поисках вершины.
Некоторые входы завалены, обвалившимися каменными глыбами, а некоторые, более мелкие открыты, но радиационный фон, уже при подходе, достигает 50-60 мкр/час.
Если верить интернет источникам – на самой вершине располагается хорошо сохранившийся домик охраны. Так оно и есть:
Удручающая обстановка: тишина, нарушаемая редкой капелью… хруст снега… мысли о том, что это за место и сколько легенд ходит по миру о нем… Сколько тайн и секретов… Сколько человеческих жизней сломано. Как раз тут, где ты сейчас стоишь, умирали сотни людей. Все это давит на сознание. Невозможно остаться равнодушным, понимая где ты находишься.
Обратно я решил идти по тому, что endep раньше было железной дорогой. Такое ощущение, что ее специально разобрали и куда то перевезли для дальнейшего использования. Остались только погнутые рельсы.
Глядя на такой вот пейзаж, понимаешь, что бежать было бесполезно.
Ощутив на себе всю силу этого места, я уже знакомой дорогой вернулся к машине.
Оригинал статьи: http://www.avp-life.com/
